Латеральные височные
Латеральные височные и теменно-височные очаги
В качестве иллюстрации латерального височного очага приведен пример трехмерной локализации источников разрядной фокальной активности методом МДЛ у больного Т. (27 лет) с рубцово-атрофическим процессом в левой височной области (рис. 8.38, таблица 8.15). В клинической картине приступы с затруднением речи, отдельные приступы с потерей сознания без судорог. Всего 5 приступов за 2 года. Обследовался в институте, подозревалась опухоль левого полушария, которая не выявлена, смещения срединных структур нет. В левой височной области — небольшая зона пониженной плотности, которая была расценена как локальная атрофия с небольшой кистой вследствие воспалительного процесса или в результате родовой травмы.
В ЭЭГ — отчетливая разрядная активность, проявляющаяся по;разному в зависимости от отведения (на рис. 8.38 представлены монополярные, биполярные цепочкой и сагиттальные отведения). Потенциальные карты сильно отличались в зависимости от отведения (что характерно для височных очагов) по характеру градиента и по выраженности экстремумов. Общая закономерность состояла в том, что были два экстремума: максимум в височной области и минимум в лобной и вертексной области левого полушария (временные срезы проводились через негативные пики).
Из таблицы 8.15 и рис. 8.38 видно, что независимо от условий отведения и выбранных сечений (даны по два сечения в каждом отведении) локализация эпифокуса имеет устойчивые координаты: X=1,0–1,9; Y=5–6; Z=3–4 см (более подробно в таблице), что соответствует средневисочной области на глубине 2;3 см от поверхности скальпа или на поверхности коры. Область изменения на КТ соответствует данным, полученным на основе локализации разрядов методом МДЛ. На этом примере также видно различие при использовании однослойной однородной модели и многослойной.
При однородной модели эпилептогенный фокус оказывается более заглубленным.
Различия касаются глубины залегания очага: на КТ он поверхностный, при локализации МДЛ он лежит ниже на 5;15 мм. Следует сказать, что эти данные получены при локализации с использованием однородной модели. Основные различия для однородной и неоднородной модели связаны с большей заглубленностью фокуса при однородной модели, что подробно описано в работе Ари с соавт. (1981).
Представлены поправки, позволяющие учитывать фактор неоднородности, используя более простую однородную модель. Представляет интерес непосредственное сопоставление реального расположения очага и вычисленных координат, проведенное у больного М., 24 года, с фокальными припадками и очаговым процессом в левой теменно;височной области. Вычисления
проводились по записям ЭЭГ до операции. В клинической картине у больного приступы дереализации, с элементами сенсорной афазии и слабостью в правой руке и ноге. Небольшое смещение срединных структур влево на 3 мм; данные КТ указывают на наличие рубцово;атрофического процесса в левой нижнетеменной области.
В ЭЭГ на фоне дезорганизации основного ритма выявляется фокус эпиразрядов в левой височно;теменно;центральной области. Разряды высокой амплитуды (до 250 мкВ) напоминают артефактные, но регистрируются устойчиво в разных отведениях, иногда с периодами генерализованной тета;активности (рис. 8.39). Подобный характер эпиактивности в ЭЭГ наблюдался и ранее, при обследовании вне института на другой аппаратуре. При трехмерной локализации — устойчивая зона сходимости, полученная методом МДЛ, на границе теменно;височной и затылочной области.
На операции у этого больного в области с координатами X=–7; Y=4,5; Z=3 см
(в левой теменно;височной области на глубине 3;4 см) обнаружены рубцовые изменения мозговой ткани, являющиеся результатом давнего огнестрельного ранения. Следует также отметить, что хотя разрядная активность у этого больного выражена достаточно широко и захватывает центральную и затылочную области мозга, при локализации она устойчиво сходится к одному очагу в пределах 1;2 см (рис. 8.39. Табл. 8.16).