ГОРМЕТОНИЯ (Г)
ГОРМЕТОНИЯ (Г) — приступы избирательного тонического сокращения
мышц с преобладанием в разгибателях и пронаторах
конечностей. Синонимом Г. является термин «децеребрационная
ригидность». Приступы носят рефлекторный характер. Появление
Г. (встречается в 10—12% тяжелой ЧМТ) указывает на тяжесть
и прогностическую серьезность травматического поражения
мозга. Выделяют 2 основных варианта позно-тонических
проявлений Г.: собственно децеребрационную и декортикацион-
ную ригидность. Развернутые приступы в первом случае
характеризуются тоническим напряжением разгибателей рук, при
этом надплечья приподняты и вынесены впереди, плечи приведены
к туловищу, предплечья находятся в положении форсированной
пронации. В ногах отмечается разгибание и приведение
бедер, голеней, сгибание стоп. Декортикационная ригидность
встречается реже, обычно при поражении лобных долей и проявляется
сгибанием в крупных суставах рук с отведением плеч,
нередко сочетается с шейными тоническими рефлексами (поворот
головы в сторону согнутой руки приводит к разгибанию в
локтевом суставе). Распределение тонуса мышц ног такое же,
как при децеребрационной ригидности.
Варианты Г. находятся в зависимости от числа вовлеченных
конечностей: по тетраплегическому, верхнему параплегическо-
му, гемиплегическому, верхнему монопаретическому типам.
Избирательно в ногах Г. не развивается. Горметонические сокращения
могут протекать на фоне мышечной гипотонии или они
представляют собой приступы усиления мышечной ригидности.
Длительность отдельного приступа — от 2 до 10 сек. Различают
«спонтанную» Г. вследствие раздражения проприо- и интероре-
цепторов, а также вызванную Г. в ответ на раздражение эксте-
рорецепторов в условиях нарушенного контроля двигательной активности.
При этом сокращени я легче всего вызвать при
раздражении околососковой зоны. Г. часто сопровождают вегетативные
(гиперемия лица, гипергидроз, ациклическая гипертермия)
и соматические нарушения (артериальная гипертензия,
сердечные аритмии, тахипноэ, редко — острые желудочно-кишечные
кровотечения), являющиеся факторами поддержания Г.
и усиления ее пароксизмальности.
Важно установить характер становления Г.: внезапное появление
приступов после периода клинической субкомпенсации
(височно-базальный объемный очаг) или развитие Г. в руке, ноге
вслед за парезом с повышением мышечного тонуса (очаг в лобной
доле). В большинстве случаев появление Г. отражает дислокацию
среднего мозга и моста при супратенториальных очагах
сдавления и разрушения мозга. Развитие Г. происходит на фоне
грубых нарушений сознания (умеренная или глубокая кома),
глазодвигательных нарушений (отклонение глазных яблок вниз,
«плавающий взор», признаки одностороннего поражения глазодвигательного
нерва и др.).
По характеру Г. можно предположить первичное повреждение
ствола или вторичное вследствие его дислокации. Последнее
характеризуется динамичностью проявлений Г. (двигательной
формулы, выраженности, периодичности приступов) с тенденцией
к генерализации. Для первичностволовых поражений типичны
раннее появление и стабилизация клинических признаков
Г., замедленное тоническое распространенное сокращение в
ответ на раздражение. Критерии различия первичного и вторичного
травматического поражения ствола мозга приобретают характер
опорных признаков только в тех случаях, когда возможна
и допустима их динамическая оценка.
Патофизиологически Г. представляет собой результат функционального
разобщения ствола и полушарий большого мозга на
мезэнцефальном уровне. Появление корнео-мандибуларного
рефлекса и ритмичных движений открывания-закрывания рта
свидетельствует о мезо-диэнцефальном разобщении. Для поддержания
Г. необходима сохранность вестибулярных ядер и лабиринта.
Поэтому при переломах пирамид височных костей с разрушением
лабиринта Г. обычно не развивается.
Таким образом, по характеру горметонических приступов
можно судить о первично полушарной или стволовой локализации
повреждения, об уровне поражения стволовых отделов. Г.
имеет чрезвычайно важное витально-прогностическое значение:
продолжение приступов на протяжении более 6 часов, а также
сохранение их в послеоперационном периоде после устранения
компрессии мозга делает прогноз крайне неблагоприятным.
В. Б. Карахан